Путин дал интервью итальянской газете Il Corriere della Sera. Полный перевод

Comment

В ночь с пятницы на субботу президент России Владимир Путин, в предверии своего визита в Милан, дал интервью итальянской газете «Il Corriere della Sera», в котором рассказал как об аспектах взаимоотношения России и Европейского Союза, так и о внутриполитической жизни страны и о месте оппозиции в этой жизни. В интервью Путин коснулся многих вопросов международных взаимоотношений России как политических, так и экономических. Тезисы, выдвинутые российским президентом в ходе беседы, можно во многом назвать определяющими для российской внешней политики в ближайшее время. Анфост приводит полный перевод интервью российского президента итальянской газете.

Господин Президент, у России с Италией всегда были особые и насыщенные отношения как в экономическом, так и в политическом плане. Украинский кризис и санкции, однако, бросили тень на эти связи. Визит в Россию премьер-министра Маттео Ренци, и его продолжение в Милане могут как-то изменить эту тенденцию и при каких условиях?

«Нет вины России в том, что отношения с Европейским Союзом ухудшились. Выбор был продиктован нашими партнерами. Не то что бы нам было необходимо вводить какие-либо ограничения на торговлю и экономику. Это было сделано против нас, и мы были вынуждены принять ответные меры. Однако отношения между Россией и Италией всегда имели особый характер как в политике, так и в экономике. Объемы торговли в последние годы выросли в 11 раз, достигнув $49 млрд. 400 итальянских компаний работают в России. Мы активно работаем совместно в энергетическом секторе. Италия является третьим по величине покупателем российских энергетических продуктов. Но мы также взаимодействуем в сфере высоких технологий, освоения космоса. Около 1 миллиона российских туристов посетили Италию в прошлом году, потратив там более 1 миллиарда евро. На политическом отношении у нас всегда были отношения совместного доверия. Это была идея Италии, создать совет Россия-НАТО, консультативный орган, который, безусловно, стал важным фактором обеспечения безопасности в Европе, воплотить эту идею во многом помог бывший премьер-министр Сильвио Берлускони. В целом, Италия делала и делает значительный вклад в развитии диалога между Россией и Европой, а также НАТО. Это делает отношения между двумя странами особыми. И визит премьер-министра Италии в Россию был очень важным сигналом готовности Италии к дальнейшему развитию этих отношений. Мы готовы и желаем двигаться вперед, насколько это готовы делать итальянские партнеры. Я надеюсь, что моя поездка в Милан послужит этой цели.»

Вы встречали многих итальянских премьеров: Проди, Берлускони, Д’Алема Амато, Монти и теперь Ренци. С какими из них у вас было наибольшее взаимопонимание? И как личные отношения влияют на международные?

«Какую бы позицию мы не занимали, мы, прежде всего, люди, и доверие между людьми — это важный фактор в работе, в построении отношений на государственном уровне. Но, как сказал мне один из людей, которых вы сейчас упомянули: «Вы наверное единственный, кому удалось иметь дружеские отношения с Берлускони и Проди». Для меня это было так, и это было несложно. Я объясню почему: все мои итальянские партнеры сами по себе служили интересам Италии и итальянцев, и, учитывая их, стремились обеспечить хорошие взаимоотношения с Россией. Мы это понимали и чувствовали. Это всегда оставалось наиболее важной вещью. Я всегда чувствовал искреннее желание выстроить международные отношения, независимо от внутриполитической ситуации.»

Владимир Владимирович, 10 июня вы будете в Милане в рамках проведения дня России на Экспо-2015, основная тема которого — «Накормить планету. Энергия для жизни». Каков вклад России в решение этой проблемы? И какого значение выставки для отношений двух государств.

«Это, без сомнения, одна из ключевых проблем, вставших перед человечеством сегодня, организаторы поступили правильно, выбрав эту тему, привлекая внимание к поиску путей ее решения. Население планеты растет, по словам экспертов, к 2050 году оно достигнет 9 миллиардов человек. Уже сейчас, в соответствии с данными ООН, 850 миллионов человек по всему миру страдает от недостатка пищи, практически голодают, среди них 100 миллионов детей. От того, как будет решен этот вопрос, зависят и многие другие проблемы, на первый взгляд с этим не связанные. Я имею в виду политическую нестабильность в целых регионах мира, терроризм и так далее, все взаимосвязано. Волна незаконных мигрантов, которая накрывает сейчас Италию и Европу, также связана с этим. Что касается вклада России, мы тратим порядка $200 млн на различные продовольственные программы ООН. Многие страны мира получают необходимую помощь с использованием российских ресурсов. Мы уделяем большое внимание развитию сельского хозяйства в нашей стране. Несмотря на все нынешние трудности в российской экономике, сектор сельского хозяйства растет с ускорением почти на 3,4-3,5% за прошлый год и первый квартал 2015 года. Россия занимает третье место в мире по экспорту зерновых. И, наконец, ее потенциал колоссален: у нас крупнейшие в мире пашни и самые большие запасы пресной воды.»

Ходит мнение, что Россия чувствует себя «преданной Европой как любовница». Что не так сегодня в этих отношениях? И что вы ожидаете от Европы в плане санкций?

«Если вы имеете определенные отношения с женщиной, не принимая на себя обязательств, то не имеете права просить своего партнера взять на себя, в свою очередь, обязательства по отношению к вам. Мы никогда не относились к Европе как к любовнице. Теперь я говорю предельно серьезно. Мы всегда предлагали долгосрочные отношения. Но сегодня у меня создается впечатление, что Европа пыталась построить отношения с нами только на материальной основе и исключительно в свою пользу. Я говорю, к примеру, об энергетике, доступ для наших товаров в области ядерной электроэнергии на рынки ЕС закрыт, несмотря на множество соглашений. Или нежелание признать законность наших действий по созданию союзов на пост-советском пространстве, я имею в виду Таможенный союз, который теперь стал Евразийских Экономический союз. Почему, когда они проводят интеграцию в рамках европейских государств, это считается нормальным, а когда мы пытаемся заниматься этим в пост-советском пространстве, это интерпретируется как желание России восстановить некого рода империю? Я не понимаю этих подходов. Некоторое время назад, я говорил о необходимости создания единого экономического пространства от Лиссабона до Владивостока. И в действительности, еще за много лет до меня, французский президент Шарль де Голль говорил что-то похожее. Никто не дает возражений, все говорят: мы должны пытаться сделать это. Но что происходит на самом деле? Возьмите, например, Украину. В соглашении об ассоциации ЕС не требует от Киева интегрировать свои энергетические системы в Европе, но такая возможность в будущем предусматривается. Если это действительно произойдет, нам придется потратить от 8 до 10 млрд евро на постройку новых линий энергоснабжения, чтобы обеспечить внутреннее потребление. Но зачем это делать, если мы верим в правоту идеи о создании единого экономического пространства от Лиссабона до Владивостока? В этом восточном партнерстве ЕС хочет интегрировать все пост-советское пространство с Европой, я повторяю в третий раз, от Лиссабона до Владивостока, или отрезать что-то и создать новые границы между Россией и оставшейся западной частью, включая Украину и Молдову?»

Но ваши действия на Украине стали источником всего кризиса в отношениях с Западом.

«Что такое сами источники кризиса на Украине? Причина, кажется, не отделима от сегодняшней трагедии с огромным количеством жертв на юго-востоке. Вокруг чего развернулась вся эта диатриба? Бывший президент Янукович сказал, что ему нужно подумать о подписании соглашения об ассоциации ЕС-Украина, возможно добиться определенных изменений, проконсультироваться с Россией, главным торгово-экономическим партнером России. Под этим предлогом начались массовые беспорядки в Киеве, активно поддерживаемые нашими партнерами как европейскими, так и американскими. После произошел переворот, абсолютно антиконституционное действие. Новые власти намеревались подписать соглашение, однако отложили подписание до 1 января 2016 года. Спрашивается: для чего делался переворот. Для гражданской войны, разгрома экономики, в случае, если результат оказался тот же? Мы ничего не имеем против подписания соглашения между Украиной и ЕС. Хотя, конечно, мы хотим принимать участие в обработке окончательных решений, учитывая, что Украина и тогда, и сейчас являются частью зоны свободной торговли СНГ, и существуют обязательства, которые из этого вытекают. Как можно игнорировать и не уважать этот факт. Я этого не понимаю. Я спрашиваю многих своих коллег, включая европейских и американских.»

И что они говорят?

«То, что ситуация выходит из под контроля. 21 февраля 2014 года было подписано соглашение между президентом Януковичем и оппозицией по поводу будущего страны, включая выборы. Вы должны были добиться выполнения этого соглашения, тем более, что три европейских министра иностранных дел подписали его в качестве поручителей. Если бы американцы и европейцы сказали тем, кто совершал антиконституционные действия: «Мы не будем вас поддерживать, ни при каких обстоятельствах, если вы придете к власти в ходе переворота, идите на выборы», — ситуация развивалась бы совершенно иначе. Тем более, что все знают на 100%, что они выиграли бы выборы. Поэтому я думаю, что причина этого кризиса полностью искусственная. И продолжение этого процесса было недопустимым. Я повторяю, это не было нашими намерениями, нам просто пришлось реагировать на произошедшее.»

Не кажется ли Вам, что в Украине настало время для России взять инициативу в свои руки в поисках разрешения кризиса, делая жест открытости?

«Мы уже это делаем. Считаю, что документ, согласованный в Минске, так называемый Минск2, единственный путь к реальному разрешению проблемы. Мы бы не пришли к соглашению, если бы не считали его правильным, справедливым. Конечно, с нашей стороны, мы продолжим делать все от нас зависящее, чтобы повлиять на властей самопровозглашенных республик Донецка и Луганска. Но от нас зависит не все. Сегодня наши партнеры как в Европе, так и в Соединенных Штатах, должны оказывать соответствующее влияние на власти в Киеве для того, чтобы они выполняли все, что было согласовано в Минске. Ключевым моментом политического решения, что безусловно нужно было сделать на первом этапе, это прекратить военные действия, вывести все тяжелые вооружения. В общем это было сделано. Есть перестрелки, к сожалению, есть также и жертвы, но нет никаких серьезных военных действий, стороны конфликта разделены. Теперь мы должны приступать к реализации минских соглашений. Конкретнее, мы должны провести конституционную реформу, гарантирующую права автономии территориям непризнанных республик. Затем нужно провести законы о муниципальных выборах и об амнистии. И все это было записано в соглашениях в координации с народными республиками Донецка и Луганска. Проблема заключается в том, что киевские власти даже не сядут с ними за единым столом переговоров. И у нас нет на это никакого влияния, только у наших европейских и американских партнеров оно есть. Нет необходимости пугать нас санкциями. Мы должны начать экономическую и социальную реабилитацию этих территорий, где продолжается гуманитарная катастрофа, и все делают вид, что ничего не происходит. Россия заинтересована и будет пытаться добиться достижения полного и безусловного соблюдения всех минских соглашений, другого пути нет. Я также помню, что лидеры самопровозглашенных республик публично заявляли, что, при определенных условиях, а именно при реализации минских соглашений, они готовы изучить возможность считаться частью украинского государства. Я считаю, что эта позиция должна быть принята в качестве предварительного условия для хорошего начала серьезных переговоров.»

Это говорит нам, что для территорий восточной Украины не уготован сценарий аннексии, как было с Крымом?

«Крымский сценарий связан не с позицией России, а с позицией людей, которые там живут. Все наши действия, включая те, что были с применением силы, не имели цели отчуждения Крыма от Украины, они имели цель дать возможность людям, которые там живут, выразить свое мнение о том, как они хотят организовать свою жизнь. Если это было разрешено для албанцев и косоваров в Косово, то почему это должно быть запрещено для русских, украинцев и татар, живущих в Крыму? Я считаю, что добросовестный наблюдатель не мог не видеть, что люди проголосовали почти единогласно в пользу присоединения к России. Решение крымского вопроса основано на решении людей. В Донецке и Луганске люди проголосовали за независимость, и ситуация там другая. Но самое главное — это уважать настроения и выбор людей. И если кто-то хочет, чтобы эти территории оставались в пределах Украины, то ему нужно доказать этим людям, что в едином государстве их жизнь будет лучше, более комфортна и безопасна, что будет гарантировано будущее их детей. Но невозможно убедить их оружием. Есть вопросы, которые могут быть разрешены исключительно мирным путем.»

Говоря о мире, господин Президент, страны бывшего Варшавского договора, которые теперь члены НАТО, прибалтийские государства и Польша, напуганы Россией. Альянс решил создать силы быстрого реагирования в этих странах для решения проблемы. Есть ли у Запада повод бояться нового «русского медведя»? И почему Россия подает настолько противоречивые сигналы?

«Россия не говорит ни с кем в тоне конфронтации по этим вопросам, как говорил Отто фон Бисмарк: «Важны не намерения, а потенциал». Что такое настоящий потенциал? Военные расходы Соединенных Штатов выше, чем военные расходы всех стран в мире вместе взятых. Общее количество военных в НАТО в 10 раз выше, чем в армии России. У России больше практически нет военных баз за рубежом. Наша политика не носит глобальный характер, оскорбительный или агрессивный. Посмотрите на опубликованную в вашей газете карту мира, показывающую все военные базы США за рубежом, и вы увидите разницу. Разрешите мне привести несколько примеров. Иногда они отмечают, что наши самолеты слетаются прямо над Атлантическим океаном. Патрульные полеты самолетов в столь отдаленных стратегических районах делали СССР и США во время Холодной войны. Но в новой России, в начале 1990-х, их отменили, в то время как наши друзья американцы продолжали летать вдоль наших границ. С какой целью? Следовательно, когда несколько лет назад мы восстановили плановые облеты, вели ли мы себя агрессивно? У побережья Норвегии есть американские подводные лодки, постоянно функционирующие. Время, необходимое ракете с этой подлодки, для того, чтобы достичь Москвы, составляет 17 минут. И вы хотите сказать, что мы вели себя агрессивно? Вы упомянули расширение НАТО на восток. Но мы никуда не движемся, инфраструктура НАТО приближается к нашим границам. И где доказательства нашей агрессии? Наконец, Соединенные Штаты в одностороннем порядке вышли из соглашения по противоракетной обороне, которое является краеугольным камнем, на котором строилась большая часть системы международной безопасности. Еще одно доказательство нашей агрессии? Все, что мы делаем, это просто ответ на угрозы нам. И мы делаем это в ограниченной степени, только для того, чтобы гарантировать безопасность России. Или кто-то, возможно, ожидал нашего одностороннего разоружения? Я однажды предлагал нашим американским партнерам построить совместную трехстороннюю систему противоракетной обороны: России, США и Европы. Это предложение было отклонено. Но, конечно, чтобы обеспечить стратегическое равновесие, мы будем развивать наш потенциал стратегических наступательных вооружений и будем думать о системах, способных преодолеть противоракетную оборону. И я должен сказать, что мы сделали значительный прогресс в этом направлении.»

Вы отрицаете ваши угрозы НАТО?

«Только человек не в здравом уме или во сне может себе представить, что Россия может в один прекрасный день напасть на НАТО. Поддержка этой идеи не имеет смысла и является совершенно необоснованным. Возможно кто-то заинтересован в подпитывании этих страхов. Я могу лишь предполагать. Например, американцы не хотят сближения между Россией и Европой. Я не говорю, что это так, это лишь моя гипотеза. Предположим, что США хотят сохранить свое лидерство в атлантическом сообществе. Для того, чтобы его обеспечить им нужна внешняя угроза. И Иран, очевидно, уже не представляет угрозы, чтобы запугать достаточно. Кем запугать? Неожиданно был кризис на Украине. Россия была вынуждена действовать. Возможно все было сделано специально, я не знаю. Но это сделали не мы. Я хочу сказать вам: не бойтесь России. Мир настолько изменился, что ответственные люди сегодня не могут представить себе военного конфликта такого масштаба. У нас есть другие дела, уверяю вас.»

По Ирану Вы, однако сотрудничаете с США. Визит Джона Керри в Сочи был в этом смысле сигнал разворота, или мы ошибаемся?

«Нет, вы не ошибаетесь, вы правы. Мы сотрудничаем с США не только по иранской ядерной программе, но и в других важных сферах. Несмотря на тот факт, что американцы вышли из ПРО, мы продолжаем диалог по контролю над вооружениями. Мы являемся не только партнерами, но, я бы сказал, и союзниками в вопросах нераспространения оружия массового уничтожения и, без сомнения, в борьбе против терроризма. Есть и другие сферы сотрудничества. Вот, тема, которой посвящена выставка в Милане — это еще один пример нашей совместной работы.»

Владимир Владимирович, 9 мая Россия отмечала 70-ю годовщину Победы в Великой Отечественной войне, которая освободила страну и Европу от нацизма. Ни одна другая страна не заплатила такую кровавую цену, как Россия. Но на Красной площади с Вами не было западных лидеров. Вы расцениваете их отсудившие как неуважение к россиянам? И что сегодня означает эта память для российской национальной самоидентификации?

«Война-это одна из трагических страниц нашей истории. В празднестве этого дня мы с грустью вспоминаем о том поколении, которое обеспечило нам свободу и независимость, победив нацизм. Мы также считаем, что ни у кого нет права забывать эту трагедию, во-первых для того, чтобы удостовериться, что ничего похожего не повторится в будущем. И это не пустые слова, они не безосновательны. Сегодня, например, есть те, кто отрицает Холокост. Те, кто пытаются оправдывать нацистов и их коллаборационистов. Терроризм сегодня во многих своих проявлениях похож на нацизм, не существует в принципе никакой разницы. Коллеги, некоторых из которых вы сегодня упомянули, просто не провидели в текущей сложной ситуации в международных отношениях, более серьезных вещей, связанных не только с прошлым, но и с необходимостью бороться за наше общее будущее. Это был их выбор. Но для нас этот праздник особенный. Вы понимаете? Это праздник не только для тех, кто боролся с фашизмом в Советском Союзе, но и всех наших союзников, участников Сопротивления в Германии же, во Франции и в Италии. Конечно мы знаем, что Советский Союз внес решающий вклад в эту Победу, принеся в жертву наибольшее количество жизней. Для нас это не просто военная победа, но и моральная, и потом, почти каждая наша семья потеряла любимых в этой войне. Это невозможно забыть.»

Вы очень популярный лидер в России, но за рубежом вы часто обвиняетесь в авторитаризме. Сложно ли быть в оппозиции в России?

«Что сложно? Если оппозиция докажет, что она может разрешить проблемы района, региона или страны, люди всегда ее увидят. Количество политических партий у нас выросло в несколько раз, в прошлые годы мы либерализовали правила их регистрации и выдвижения на региональной и национальной политической арене. Вы просто должны быть открытым, уметь работать с избирателями, с гражданами.» Но почему основные российские ТВ каналы почти никогда не делают интервью с представителями оппозиции? «Если вы привлечете интерес, я думаю, что вас будут чаще опрашивать. Что же касается политической борьбы, то в ней, как мы знаем, используют самые различные методы. Вспомните недавнюю итальянскую историю.

Господин Президент, у Греции сейчас очень непростые взаимоотношения с Евросоюзом. Если Греция выйдет из еврозоны, будет ли Россия готова предоставить ей политическую поддержку и экономическую помощь?

«Мы развиваем отношения с Грецией, несмотря на ее членство в Европейском Союзе и НАТО или в еврозоне. У нас есть исторические связи с этой страной, очень близкое и хорошее партнерство, но это суверенный выбор греческого народа, состоять в тех или иных сферах и союзах. Мы не знаем, что произойдет в будущем, поэтому пытаться угадать сейчас будет неправильно и контрпродуктивно как для европейской экономики, так и для Греции.

В этой комнате четыре русских императора смотрят на Вас. Какая историческая фигура вдохновляет Вас больше всего?

Владимир Путин улыбается. Долгое время он говорил, что его любимый царь — Александр III, который говорил: «У России есть два союзника — армия и флот». Но на этот раз он предупреждает: «Когда мне задают этот вопрос, я предпочитаю уклоняться, потому что они делают различные толкования. Я придерживаюсь в своей работе интересов российского народа, основываясь на всем, что было накоплено в прошлом, но с осознанием условий жизни в наши дни. Как в нашей истории, так и в европейской и мировой там было много достойных примеров лидерства. Но все эти люди жили и работали в определенных условиях. Главное-быть честным с самим собой и с людьми, которые вам доверили эту работу.»

Редакция Анфост

Author

Редакция Анфост

Редакция Анфост всегда публикует объективные и интересные материалы.

Up Next

Related Posts

Discussion about this post